— Ну? Нет тут никаких эльфов. — заявил Харвей. — Идем домой, а то нас хватятся.
Хельви скорчила плаксивую гримасу.
— Так нельзя, надо подождать. Вон каменное кольцо, знаешь что это такое?
Мальчик с крайним недоверием уставился на круг, грубо вытесанный из серого гранита и торчавший на вершине холма. Меньше всего ему хотелось подниматься к этим чертовым камням! Если честно, то он их побаивался. Не даром люди обходят такие места стороной.
— Это вход в царство эльфов. Если мы пролезем сквозь кольцо, то сразу их увидим. Они здесь, совсем рядом, только мы не замечаем. Пошли? — голосок девочки стал умоляющим.
Харвей непреклонно мотнул головой.
— Мы идем домой.
— Ах так? — принцесса попыталась вырвать у него свою руку. — Дойти почти до самого конца и повернуть назад! Очень на тебя похоже. Ты струсил!
Маленький Деми тряхнул челкой. На такую дешевую уловку он не купится.
— Просто я не хочу. — заявил Харвей. — Христианским владыкам не пристало лазать среди колдовских камней, как поганым язычникам!
— Ну пожалуйста. — взмолилась Хельви. Она-то знала, зачем привела его сюда, только ни за что не скажет ему правды. Он такой славный! Она хочет, чтоб сын дяди Дести остался с ней навсегда. Мало ли что может случится. Поссорятся их отцы, победят фаррадцы или беотийцы! Она не может ждать! Няня рассказывала, будто в стародавние времена, когда люди еще не строили церквей, свадьбы справляли на этом холме. Жених с невестой пролезали сквозь волшебное кольцо короля эльфов и считались мужем и женой. И сейчас влюбленные тайком прибегают сюда перед венчанием. Кто рука об руку пройдет через круг, тот не расстанется во веки, а если и расстанется, то обречен на новую встречу.
— Идем. — потребовала принцесса, но мальчик не двинулся с места. — Ну что ж, — Хельви воинственно вздернула нос, — тогда я одна. Я сама увижу эльфов, может быть даже растворюсь в воздухе, попав в их страну, а ты оставайся здесь и потом будешь объяснять маме, куда я исчезла!
Она вырвала свою ладонь из его сильных пальцев и спотыкаясь побежала к кольцу, ужасно боясь, что он догонит ее и остановит.
— Куда ты? — прежде чем Харвей успел снова схватить невесту, она, взметнув клетчатые шерстяные юбки, вскарабкалась на край отверстия в кольце и проскользнула сквозь него.
Руки мальчика вцепились в шероховатый потрескавшийся камень, сердце часто стучало от негодования. Вот он сейчас ей задаст! Хельви, стоявшая с другой стороны кольца, дернула его за плечи, и Деми, перекувырнувшись через голову, свалился на траву к ногам спутницы.
— Ты скверная! Я не хочу на тебе жениться! — закричал он, потирая ушибленную шею. — В следующий раз я тебя отлуплю! Так и знай. — Харвею уже внушили, что женщин не бьют, и он часто сожалел об этом при общении с Хельви.
— Смотри! — девочка замахала на него рукой. — Вон там. Кажется, всадник! — принцесса указывала на дорогу, огибавшую подножие холма и ведшую к столице.
В воскресный день она была пустынна, тем более сейчас, когда объединенные войска короля Рэдрика и лорда Деми ушли на запад, чтоб дать беотийцам решительную битву у крепости Гуарх и освободить Белую Сальву от плаймарского владычества. Всадник несся со скоростью ветра. На его пропыленных погнутых доспехах красовался белый сокол — герб Западной Сальвы — хорошо заметный даже с вершины холма.
— Это рыцарь твоего отца. — с тревогой сказала Хельви.
— Он, наверное, везет известие об исходе битвы. — предположил мальчик. — Побежим вниз, если успеем остановить его, узнаем, как там?
Дети опрометью кинулись по склону холма, не разбирая дороги, застревая ногами в едва заметных сусликовых норках, падая и снова вскакивая. Они оказались на обочине дороги, как раз когда одинокий всадник появился из-за россыпи серых валунов.
— Все в порядке. Это лорд Брасс, наш конетабль. — Харвей выскочил на дорогу так быстро, что рыцарь едва успел удержать черного жеребца, с которого уже клочьями валила пена.
— Ваша светлость, какое счастье, что я встретил вас! — воскликнул лорд Брасс, едва совладав с конем. — Садитесь скорее в седло, нам надо уезжать!
Харвей было отступил назад.
— Но что случилось, сэр? И почему вы один?
— Все кончено! — выдохнул старый воин, вытирая ладонью пот со лба. — Мы разбиты Дагмаром. Ваш отец погиб, либо взят в плен — никто не знает. Рэдрик отступил. — он с ненавистью посмотрел на маленькой дочь гранарского сюзерена. — Надо ехать, — лорд Брасс подхватил Харвея за шиворот. — Теперь герцог вы.
Оглушенный новостью Деми попытался сопротивляться железной хватке конетабля. До Хельви долетели обрывки фраз: «Вы не можете!» «Мне надо отвести принцессу домой!» «Я никуда не поеду!» и, наконец, «В Беоте враги отца!» Но лорд Брасс зажал мальчику рот ладонью, перекинул его через седло и дал коню шпоры.
— Харвей!!! — девочка не сразу пришла в себя. — Харвей! — она побежала по дороге. — Не бросай меня! Мне страшно!
Всадник на черном жеребце скрылся за поворотом, и пятилетняя дочь короля Рэдрика осталась совершенно одна. В полу миле от столицы, на проезжем тракте, слева от холма св. Брана, куда они с Харвеем ушли тайком, из-за ее глупой выдумке. Теперь Хельви не могла бы с уверенностью сказать, что она хорошо помнит обратную дорогу. Девочка брела по пыльным камням и плакала, впервые в жизни осознав себя брошенной. Даже стук копыт давно смолк.
— Харвей, — всхлипывала принцесса. — Харвей! — во сне плакала королева.
Ее давило сознание собственной беззащитности. Уязвимости. Словно только что рядом с ней была стена и эту стену убрали.
— Харвей. — прошептала женщина. Так вот что, терзало ее столько лет! Один раз сильно испугавшись в детстве, она искала того, кто может отвести ее домой. И хваталась за каждую протянутую руку, не важно — та ли это рука.
— Роже! — королева проснулась и с испугом уставилась в лицо сидевшего рядом с ней отшельника.
Он осторожно взял в свои руки ее теплые, безвольные со сна пальцы.
— Теперь меня зовут Исидор, — мягко поправил он, и звучание старого имени ранит мне душу.
— Но почему ты?.. — Хельви рывком села и, прежде чем Монфор успел что-то сделать, обхватила его за шею, надолго прижавшись к нему. — Я давно похоронила тебя и все-таки знала, что ты жив! — королева всхлипнула.
Так они и сидели, не смея шелохнуться, чтобы не нарушить хрупкого ощущения счастья, лишь на миг соединившего их вместе. Наконец, бывший командор отстранился.
— Не нужно, Хельви. — попросил он. — Я все еще мужчина. И то, что я не вижу твоего лица, не мешает мне чувствовать, как ты прекрасна. — Монфор встал и отошел к двери.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
